Советы виталия айнетдинова — тренера сборной по хоккею (u18)

4 Марта 2020 51604 22

С 25 февраля в Сочи стартовали Всероссийские соревнования юных хоккеистов «Золотая шайба». Организаторами хоккейного события являются Министерство спорта Российской Федерации, Федерация хоккея России и Клуб «Золотая шайба» им. А.В.Тарасова. В трёх возрастных группах участвуют сильнейшие игроки 183 команд страны.

Впервые честь Московской области на соревнованиях такого уровня будет отстаивать серпуховская хоккейная команда «Звезда». Ребята одержали череду блестящих побед на региональном уровне и показали свои сильнейшие качества.

10 марта им предстоит побороться за победу в числе 64 команд России 2007-2008 года рождения. О том, как удалось достигнуть такого высокого уровня и какие цели у ребят впереди, рассказал тренер команды Виталий Айнетдинов.

Сколько лет Вы в спорте?

В хоккее я с самого детства. Родители отдали в спорт, когда мне было 6 лет. С детства до взрослой команды я провёл в клубе ЦСКА, после переходил в другие клубы, играл в подольском «Витязе».

Мне было 23 года, когда я закончил с профессиональным хоккеем. Немного поиграл в любительский, и начал обучаться непосредственно физподготовке.

Выбрав направление по физической культуре я, тем самым, нашел себя. 

Советы Виталия Айнетдинова — тренера сборной по хоккею (U18)

фото: начало игр во взрослой команде «Витязь» Подольска 

С чего началась тренерская работа?

В Москве открывалась «Академия бокса», и мне предложили поработать со спортсменами. Первый мой опыт — это боксеры. На мне была физическая подготовка спортсменов, анализ сильных и слабых сторон, подбор методики и уровня нагрузок. Там же я познакомился с серпуховичем Федором Чудиновым, мы подружились и общаемся до сих пор, хотя занимаемся разными видами спорта, он – боксом, я – хоккеем. 

Советы Виталия Айнетдинова — тренера сборной по хоккею (U18)

фото: с боксером Федором Чудиновым 

Как произошел переход из бокса в хоккей?

На тот момент в секцию привели мальчика — хоккеиста, ему было тогда 8 лет. Родители хотели его физически развить через занятия боксом. Им сказали, что в клубе есть индивидуальный тренер, который занимается физподготовкой, и сам бывший хоккеист.

Так получилось, что мне достался этот мальчик, с которым мы начали работать. Звали его Егор Афанасьев и проработали мы с ним почти до его совершеннолетия. Мальчик с самого детства был очень талантливым, ярким. Мы быстро нашли с ним общий язык, и работа была очень продуктивной.

Сейчас он, как молодой нападающий, играет в США. В этом году он подписал пробный контракт с НХЛ и играет в команде. Мы постоянно переписываемся с ним и его родителями, я узнаю, как у него дела, как физическое состояние.

Я благодарен за то доверие и за наши совместные 8 лет работы, которые помогли нам добиться такого результата. 

Советы Виталия Айнетдинова — тренера сборной по хоккею (U18)

фото: ученик Егор Афанасьев, игрок команды NHL

Как долго Вы тренируете команду «Звезда»?

С командой «Звезда» я занимаюсь в общем 6 лет, из которых два года я проработал с ребятами 2005 года, тренируя их с маленьких лет. Сейчас я работаю с 2007 годом.

За это время был перерыв, когда мне предложили стать тренером по физической подготовке юниорской сборной России по хоккею.

Я отработал сезон с нашими выдающимися юниорами-хоккеистами, очень талантливыми ребятами, которые становятся сейчас спортивными кумирами у детей. Сейчас одни из них играют в КХЛ, другие — уже в НХЛ. 

Советы Виталия Айнетдинова — тренера сборной по хоккею (U18)

работа в Сборной России с юниорами

Какие главные качества характера должны быть в тренере? Как надо воспитывать из детей – чемпионов?

В команде должны быть дружеские отношения с ребятами. В характере — 50/50. Где-то быть строгим и требовательным, где-то добрым. Тренер должен полностью доверять своей команде, а ребята, в свою очередь, должны ему верить. Только так будет образовываться единый коллектив, который будет идти к тем целям, которые поставлены в начале сезона.

В этом сезоне ребятам все под силу. Я поставил своей команде цель – сплотиться, и непосредственно идти к первому месту в Чемпионате, к первому месту в плэй-офф за выход в финал в Сочи, где пройдут Всероссийские соревнования «Золотая шайба».

Мы выполнили все задачи, теперь остался финал. Да, я не ставил команде задач выиграть основные соревнования, но они прекрасно понимают, что они добились основных целей, стали лучшими в области.

Осталось только сделать последний рывок, приложить все свои силы. 

Советы Виталия Айнетдинова — тренера сборной по хоккею (U18)

фото: команда «Звезда» на тренировке 

Недавно на ледовой арене команды юниоров превратили хоккейный матч в потасовку. Как выяснилось позже, причиной стали давние обиды. Ведь ребята часто выясняют, кто лидер. Как удается избежать конфликтов в команде?

Как избежать конфликтов? Я сам прошел всю школу хоккея, и мне проще принимать решения в определенных моментах. За драки между командами половина ответственности лежит на самих тренерах. Часто у проигравшей команды эмоции: им обидно, они хотят оторваться и на рукопожатиях проходят потасовки.

Это уже видно во время матча, когда другая команда начинает приставать к игрокам, склонять их подраться. Из этих ситуаций выливается, что на рукопожатиях происходят самые массовые драки. Когда мы шли в лидерах и обыгрывали другие команды, после матча я всегда призывал ребят и строго настрого запрещал им отвечать на провокации от других команд.

В этом сезоне не было ни одной драки, ни одной потасовки. И я считаю, что в предотвращении таких моментов есть заслуга тренера. Своих ребят нужно держать. Тем более, что любая провокация потом понесет какие либо наказания, и заработанные нами очки за победу, которые так нужны, могут быть сняты.

Выяснять кто лучше через драку совершенно бесполезно, если обыграли, надо взять на заметку, и отработать то, что не получилось, провести работу над ошибками.

Конечно, внутри нашей команды тоже бывают разногласия, но в целом это дружный коллектив. В начале сезона я им сказал, чтоб они дружили, а не выясняли кто лучше. Конфликты гасятся на корню, поэтому есть результат.

Порядок дисциплина в команде для всех едина и нет поблажек, в этой команде так же играет мой сын Филипп хороший центральный нападающий — дома мы с ним можем улыбаться дурачиться — а когда он приходит в команду то он такой же игрок как и все ребята и я уже для него тренер тот который требует и даёт задания на игру для выполнения тех или иных задач. 

Советы Виталия Айнетдинова — тренера сборной по хоккею (U18)

фото: с сыном Филиппом

Какие у ребят примеры для подражания? И насколько полезно быть похожим на кого-то?

Наверное, это в первую очередь, молодые форварды: Андрей Свечников, Василий Подколзин, Александр Романов — звезды КХЛ, НХЛ, которые у всех на слуху.

Когда ребенок начинает в спорте, ему полезно посмотреть, кто и как начинал, как добился успехов. Надо перенимать хороший опыт, и рисовать свою биографию с тех, кто чего-то добился, смотреть, как он это смог, как шел к этому и понимать, что так легко все не дается. К победе нужно прилагать большие усилия. 

Советы Виталия Айнетдинова — тренера сборной по хоккею (U18)

фото: кумиры детей Свечников — Подколзин

Хоккей всегда был популярен, но как в любом виде спорта, у него есть свои подъёмы, есть спады. Какой сейчас период?

Скорее интерес на подъеме. Раньше не было такого количества хоккейных команд, например на всю Москву их было не более восьми. Пробиться было тяжело. Сейчас в Москве их намного больше, порядка тридцати.

Когда я рос и тренировался, в 90-х, такого не было. Поэтому строятся дворцы ледовые, открываются хоккейные секции. Это не считая Московской области, которая не отстает от Москвы.

А вместе на регион выходит 50-60 клубов, несколько десятков катков, на которых ребята между собой тренируются и играют.

А реально ли понять по юному хоккеисту, вырастет ли из него новая звезда?

Это зависит от многих критериев. Как ребенок развивается, к какому тренеру попал, сколько времени уделяет спорту, кто в этом ребенке заинтересован.

Все зависит не только от родителей, но и от тренера, который в ребенке рассмотрит талант, начнет с ним заниматься, помогать, подталкивать, передаст в будущем другому тренеру, который поведет его дальше.

Да, от родителей зависит многое: тратить время, ждать, помогать, к тому же это и затратный вид спорта.

Хоккей — командная игра. А значит, ни одни игрок не может быть выше, чем вся команда? Или среди ребят есть свои звезды?

В команде каждый игрок очень ценен. Просто есть ребята, которые по уровню интереснее остальных. Сейчас у нас в команде два хороших звена, 10 человек отличного уровня. Третье звено — тоже хорошие ребята, но они немного отстают по критериям, часто им не хватает тренировок и навыков.

Мы тренируемся на льду четыре раза в неделю, некоторые еще тренируются дополнительно. Многое зависит от игровой практики, у одних она больше, у других — меньше. По уровню мастерства ребят ставятся в определенные звенья. Нет такого, что ты слабый, а ты сильный.

В каждом звене есть свои определенные лидеры, которые умеют забивать, отдавать, а есть те, кто умеет обороняться. Главное их правильно расставить. 

Советы Виталия Айнетдинова — тренера сборной по хоккею (U18)

фото: команда «Звезда» на тренировке 

А если игрок хочет красиво забивать, а у него не получается, он должен переквалифицироваться?

Я всегда обращаю внимание на действия ребят. И мне нравится, когда ребята пытаются внести что-то новое. Импровизация в хоккее играет немаловажную роль. Если ребенок хочет красиво обыграть, принять какое-то решение, я это поощряю.

Если даже не получится, то всегда можно сказать, что это было неплохо задумано, но движение надо отработать, чтоб потом не было потерь. Любая потеря – это угроза атаки в свои ворота. Если эта игра что-то решает, то нужно качественно отработать элементы и привести команду к победе.

А если ребенок начнет выдумывать в ответственный момент, или пытаться повторить что-то увиденное накануне, но ничего хорошего из этого не выйдет. Любой элемент требует отработки.

С появлением вредных привычек у ребят боретесь?

Мы постоянно вместе – в тренировочном процессе, на играх, на выездах. Я нахожусь с ребятами, и ни за кем такого не наблюдается. И второй момент, сам тренер должен быть примером. Если я, как тренер, не пью, не курю, занимаюсь физнагрузками, спортом, они видят и понимают, вредные привычки не нужны. Тренер на своем примере показывает, что жизнь прекрасна и без них.

А как сделать, чтобы ребята понимали, к чему они двигаются?

Сегодня у меня в команде порядка 15 человек, и каждый из них стремится к спортивным высотам. У нас насыщенная жизнь – ставим цели, готовим под них программу, занимаемся по ней, вместе достигаем определенных высот, посещаем новые места, получаем незабываемые эмоции и впечатления. Ребята чувствуют, что здесь они растут в профессионалов. 

Советы Виталия Айнетдинова — тренера сборной по хоккею (U18)

фото: команда «Звезда» на тренировке 

Какие были самые яркие победы и самые обидные поражения?

В начале расскажу про свои. Наверное, самым обидным было поражение на юниорском чемпионате мира в Челябинске, где мы проиграли команде США и вылетели из домашнего турнира, из плэй-офф. Для меня это трудно забыть, потому что много времени ушло на подготовку команды к игре, была проделана огромная работа, но… не всегда все зависит от тренера.

Из побед – яркий матч на юниорском чемпионате, когда мы играли в турнире «Кубок Глинки» в Словакии. На первой игре нам достался соперник сборной юниоров из Канады. Мы сыграли основное время «3-3» и обыграли их по буллитам. Для меня это был драйв, команда выложилась по полной и обыграла по-настоящему сильного соперника.  

Что касается детского турнира, то я последние два года работаю с командой «Звезда» 2007 г. Из поражений — проигрыш в плэй-оффе во втором этапе «Золотой шайбы» в прошлом сезоне. Мы проиграли команде «Черноголовка», они выступали чуть в более старшей категории.

Мои игроки были 2007 года, а допускались участники 2006 года, и мы играли со старшими себя на год. Мы вели весь матч, но в решающем 3 периоде они смогли переломить исход и в результате мы заняли в общей группе второе место и в решающем этапе — третье место.

Читайте также:  Как избавиться от живота мужчине качать пресс

Мы много говорили с ребятами на эту тему, и я сказал, цель только одна — не вспоминать прошлое и хорошо подготовиться к сезону. Если мы будем друг за друга, станем одной семьей, одним коллективом, то попробуем занять первые места и взять все по максимуму.

Поэтому и победа на региональном этапе «Золотой шайбы» стала такой яркой. Мы не оставили шансов соперникам и забрали очки по максимуму. Ни одна команда такие результаты не показала. 

Советы Виталия Айнетдинова — тренера сборной по хоккею (U18)

фото: Первое место в плей-офф за выход на финал в Сочи

Какие планы у команды в будущем?

8 Марта мы летим в Сочи, где сыграем в числе 64 лучших сильнейших команд со всей России. По жеребьевке увидим, кто нам достанется. Мы едем в ранге чемпионов Московской области и будем показывать достойный уровень. 

фото: команда перед Сочи 2020 (состав который едет) 

Впереди – международный женский день, что вместе с ребятами Вы пожелаете прекрасной половине человечества?

В первую очередь я хотел бы пожелать мамам ребят огромного здоровья, терпения. Мы благодарны им за поддержку, что находят силы и помогают ребятам совмещать школу и хоккей. Отдельно я хотел поздравить с 8 марта свою семью, дочек Киру и Веронику, супругу Елену, я очень их люблю, дорожу ими и непременно постараюсь порадовать победами в новом сезоне. 

фото: супруга Елена с дочерьми Кирой и Вероникой 

Спасибо. Ну а Вам и команде «Звезды» мы желаем новых побед и достижений.

«К 12 годам у детей больные колени. А это уже конец карьеры». Тренер по физподготовке — о проблемах хоккея в России

Советы Виталия Айнетдинова — тренера сборной по хоккею (U18)

Чтобы вам было проще вкатиться в этот текст — короткая личная история.

Когда я только переехал в Москву, планы по поводу работы перечеркнула неприятная травма. Я периодически гонял в футбол с технарями Sports.ru и в одну из футбольных пятниц, исполняя финт, вывернул колено. Оно негромко, но довольно четко щелкнуло, будто там что-то надломилось.

После резкого выпрямления внутри будто что-то встало на место — и я побежал дальше. В ближайшие три дня щелкало еще два раза, уже совсем в безобидных ситуациях — и на третий раз выпрямление не помогло. Снимок показал порванный мениск. Неделя без движения, операция, восстановление.

В какой-то момент хирург задался вопросом — в чем причина? Для меня было очевидно: форс-мажор, травма во время футбола, с кем не бывает. Он парировал — нет, просто так мениски не рвутся, наверняка внутри уже была какая-то проблема.

Через три года я искал спецов, которые объяснили бы мне, почему у хоккеистов большие бедра и ягодицы.

Задавая разговору объем, я упоминал Дэйва Кинга, который в книге про работу в Магнитке восхищался тем, как много русские дети на тренировках ходят гуськом и прокачивают четырехглавые мышцы, которые защищают от растяжений паха. 

От этого примера собеседников слегка подбрасывало: «Никакой ходьбы гуськом, у колена отрицательный угол, оно очень быстро изнашивается, это жесть». В этот момент мне стало жутковато: дело в том, что ходьба гуськом — то упражнение, с которым у меня ассоциируется хоккейное детство.

Осенью в ожидании льда мы начинали подготовку ходьбой на корточках — с непривычки мыщцы ягодиц и бедер болели так, что трудно было встать.

Я не утверждаю, что есть прямая связь между ходьбой гуськом в 10-летнем возрасте и операцией на колене в тридцать, но уверен: мои тогдашние тренеры и тренеры, за работой которых наблюдал Дэйв Кинг, понятия не имели о возможных последствиях интенсивной ходьбы гуськом.

50-минутный телефонный разговор с одним из специалистов, на которых я вышел, Виталием Айнетдиновым, убедил меня, что в базовой подготовке молодых игроков до сих пор много невскрытых проблем — и что до сих пор молодым пацанам дают упражнения, которые приносят отложенный вред. По словам Виталия, на каждом этапе подготовки Россия теряет 30% поколения — из-за травм, обусловленных неправильной ОФП. Мне показалось это чрезвычайно важным, поэтому я предложил Виталию встретиться лично и поговорить об этом подробнее.

Советы Виталия Айнетдинова — тренера сборной по хоккею (U18)

Почему именно он наш герой:

• Летом 2019-го «Нэшвилл» выбрал на драфте русского игрока. Егор Афанасьев – топовый юниор и один из первых клиентов Айнетдинова, они общаются до сих пор.

• Виталий провел сезон тренером по ОФП в юниорской сборной России – той самой, которая проиграла в четвертьфинале домашнего чемпионата мира в апреле 2018-го. В ней должны были сыграть, но не сыграли Андрей Свечников, Григорий Денисенко и Александр Хованов – молодые звезды нашего хоккея; по ходу сезона Виталий поработал и с ними. Кроме того, в этой команде играл Павел Ротенберг.

  • • Работая в сборной, Виталий увидел опыт других сборных, заценил финские и североамериканские методики: ему есть с чем сравнивать.
  • • Он сам воспитывался в ЦСКА, играл в Высшей лиге и прекрасно понимает, что такое хоккей.
  • Возможно, не все его идеи — сверхправда, но, по-моему, это очень важное расширение темы проблем в нашем хоккее.

Первый клиент из хоккея – 9-летний Егор Афанасьев. Неправильно выполнял упражнения, все было искривлено

— Ты закончил с хоккеем после 24 и пошел работать тренером в фитнес-клуб. Самые раздражающие ошибки новичков в фитнесе? 

— Там другое. Я работал на тренажерах, ездил на семинары, изучал физиологию, анатомию и через год-два разработал свою методику. Начал работать на резиновых эспандерах, на небольших весах. Карты продавались, я проводил много тренировок, но при этом мало задействовал тренажеры.

Клиенты ко мне шли: я старался третьей-пятой тренировкой дать тот результат, о котором просил клиент. Подходило начальство: «Виталь, мы понимаем, что ты продаешь карты, молодец. Но нам не нравится, что ты мало задействуешь наш зал.

Эти тренажеры не должны стоять просто так, ты должен на них работать». 

Я говорю — это неправильно. Мне говорят — какая разница, правильно или неправильно. Мы это купили, оно постоянно должно быть в работе. А правильно или неправильно – мы здесь решаем. 

— Как начали работать с Егором Афанасьевым?

— Я ушел в дорогой фитнес в центре Москвы возле Храма Христа Спасителя. И там познакомился с человеком, который открыл Академию бокса в Лужниках. Он мне сказал: «Видел разных тренеров, никогда не видел такой работы, как у тебя».

Где-то с год проработал в академии. Ко мне подходит директор: «Ты же хоккеем занимался? Мальчишка с родителями пришел, я им сказал, что у нас есть тренер по ОФП, он раньше играл в хоккей. Они заинтересовались, хотят пообщаться». Егору тогда было 8 или 9 лет.

Советы Виталия Айнетдинова — тренера сборной по хоккею (U18)

— О чем был разговор на первой встрече?

— Я покрутил его, растяжку посмотрел. В принципе — по физподготовке средний был игрок. Средняя растяжка, неправильно сделал почти все упражнения, что присед был неправильный, что бег. Коленные суставы работали не так, как в принципе у хоккеиста должны. Все было искривлено.

Начал учить его хоккейному шагу, чуть-чуть подкачивать руки, суставы. Прорабатывать связки — на резиновых эспандерах, с небольшими гантелями. Никаких отягчающих весов.

Нужно было заложить координацию и развить суставы — потому что в «Динамо» его уже заставляли силовые упражнения делать. 

По Егору у меня целый талмуд с результатами с 9 лет. Всегда могу посмотреть – [как работал] человек, который достиг определенной цели.

— Что удалось развить лучше всего?

— Вообще поменялась структура его игры, смысл нахождения на льду. Он стал чувствовать себя увереннее. 

— И до какого момента ты с ним занимался?

— 2-3 года мы вообще плотно работали, а потом я переехал в Серпухов. Он приезжал лет в 14 — закладывали ему силовую базу: как правильно работать на тренажерах, какими растяжками пользоваться, когда надо плавать. Плюс — общались с диетологом. А в 16 лет, став лучшим в детском ЦСКА, он уехал в Америку.

Советы Виталия Айнетдинова — тренера сборной по хоккею (U18)

— Ты говорил с ним и по хоккейной части — почему он уехал?

— Он был в ЦСКА с 14 лет. Они взяли 1-е место на Кубке Москвы, выиграли регионы (детское первенство между сборными федеральных округов — Sports.ru), и он стал лучшим по статистике среди всех игроков 2001 года. 

Его отец пришел к тренеру: «Егор вырос в мастерстве, забивает много, он хочет поиграть чуть-чуть на другом уровне, со старшими ребятами. Дайте ему возможность поиграть в «Красной армии». Ему сказали: «Давайте начнем сезон, там посмотрим».

Родители Егора поняли, что его так и не возьмут в «Красную армию». Собрали вещи и поехали в США. Причем сделали акцент на школу — Галина, его мама, рассказывала, как Егор боится получить плохую оценку: могут снять с тренировки в хоккее. 

Он добился успеха – когда Свечников перешел в «Барри Колтс» (юниорская лига Онтарио в Канаде) из «Маскегона» (юниорская лига США), его в «Маскегоне» заменил Афанасьев.

Год в юниорской сборной: Ротенберг ленился, у Свечникова были проблемы с координацией

— Как ты оказался в юниорской сборной?

— К тому моменту через меня прошло много профессиональных хоккеистов, я начал выкладывать тренировки на видео. Мне позвонил главный тренер сборной Александр Зыбин. Он знал, как я веду тренировки, знал, что я умею выстраивать тренировочные процессы для команд и игроков.

— Расскажи об этом.

— Было не по себе: все-таки лучшие ребята России. Второй момент — их было 50 человек. Делили на два состава, мне приходилось одному работать или в зале, или на улице. Остальные тренеры параллельно были на льду.

Работу делил на циклы. Цикл — это неделя или несколько дней. Сначала — втягивающий. Потом предыгровой — в последние 10 дней перед турниром нагрузки уже должны спадать. Или надо выбрать другое направление: не со штангой прыгать, а работать на велосипедах. Ближе к играм — скоростные тренировки, на которых я старался ребят разгонять. 

В сборной была планерка в 10 вечера. Уже хочется спать, но ты приходишь на отчет к главному тренеру и рассказываешь, что будет завтра: какие упражнения входят в зарядку, что входит в дневную тренировку и что — в вечернюю. Тренер спрашивает: «А зачем это упражнение?». И ты должен обосновать — точно ли это подходит нашим игрокам.

Зыбин меня приучил работать с тетрадью — теперь по сборной, как и по Афанасьеву, у меня есть огромный талмуд. 

Потом через начальника команды я сделал карточки на каждого игрока. Ко мне подходили: не хватает скорости, забились ноги, повредил плечо, как бы лучше восстановиться. Я отчитывался врачам и тренеру — без этого нельзя — и вел карточки. И теперь на этих пацанов, которые играют и в Канаде, и в КХЛ, у меня есть карточки. 

Помню Никита Охотюк приехал из Канады — а у меня записано, что у него такие проблемы. Спрашиваю: «Никит, как дела по этим нюансам»? Он рассказывает, что делал с канадскими тренерами. Я говорю: «Молодец, давай тебя протестируем». Я же не знаю канадского тренера, поэтому проверял.

— Сколько времени ты провел в сборной U18?

— Целый сезон. Вот с июля-2017, как мы приняли команду, весь сезон работали. Я даже этапы помню – летний сбор, Глинка, за 10 дней до выезда в Чехию, потом Кубок Вызова, турнир на приз Пяти наций, чемпионат мира. 

— Давай коротко по звездам той команды. 

— Со Свечниковым я познакомился на Пяти нациях в американском Плимуте. Он приехал из молодежки на последний этап отбора перед ЮЧМ в Челябинске. К нему было приковано все внимание — американцы, скауты. Зыбин мне сказал: «Будешь проводить тренировки на земле, сделай акцент на Свечникове. Посмотри, потестируй его, мне нужно понимать, какой он». 

Советы Виталия Айнетдинова — тренера сборной по хоккею (U18)

Физически он сложен великолепно. Скоростной, силовой, на льду колоритно выглядел. Покрутил его на разных упражнениях — пришел к выводу, что не хватает ему координации. Чуть-чуть запаздывала смена направления. 

Читайте также:  Спазм мышц брюшного пресса причины

Я занимался с боксерами и хорошо знаю, что такое координация — тренерам сказал, что все у парня есть, но именно ее не хватает. Юрий Бабенко заулыбался: «Это игрок мировой величины, у него все нормально».

— Надо объяснить, что ты имеешь в виду. Допустим, есть Панарин, который очень резко может уйти в сторону. Свечников в этом хуже?

— Да, Панарин заранее знает, куда уйдет. А Андрей более прямолинейный игрок. Он может руками обыграть, корпусом заложить, но ему не хватало там, где надо сыграть коньками. Показать влево, уйти вправо. У него эти моменты были приторможены.

С Подколзиным мы много работали. Он толком не знал ни одного упражнения, даже как правильно в зале со штангой работать. Бег на земле у него был не особо скоростной.

— Поправили это?

— Где-то нагрузку уменьшали. Остальные должны были поднять штангу по 12-14 раз, а ему давали 8.

— Ты сказал, что у Свечникова проблемы с координацией. Вот у Денисенко их не было, наверное?

— С Денисенко я провел весь сезон: он играл в МХЛ и был доступен для сборной. Уже при подготовке к Глинке, я обратил внимание, что ему все легко давалось. Он крепкий, настырный – и игровик. В зале все делал легко. Пластичность плюс физика — в чем-то даже обходил Свечникова. 

— В этой сборной играл Павел Ротенберг.

— С ним я тоже провел весь сезон. Меня в сборной предупредили: к нему надо найти подход,  специфический парень, которому не всегда хочется делать то, что говорят тренеры. Но мы с ним нашли общий язык. Какие-то моменты подтягивали — надо было поправить катание, выносливость. Физически он был неплох. Самая большая нехватка – лень. Если бы не ленился, был бы приличным игроком. 

Советы Виталия Айнетдинова — тренера сборной по хоккею (U18)

— Ты это видел сам? То есть – даешь упражнение, а он не выполняет?

— Ну да, он не выкладывался даже на 80%. Кто-то выкладывался на сто, чтобы остаться — видно горящие глаза. А он мог выложиться и на 50% — его это устраивало. Я знаю, что он может 15-16 раз сделать, а он сделает 10. В этом с ним было тяжело.

— На кого посмотрел из соперников? По юниорам финны здорово сыграли.

— Там Котканиеми выделялся. Меня поражало, что он как будто кроме хоккея ходил в секцию балета. Всегда стоял в наушниках и, будто у него там классика играет, он тянет ноги у станка. Вот человеку выбрали индивидуальную схему подготовки, совместили с общей.

Раньше дети много бегали, играли в футбол, и потому готовы к нагрузкам на суставы. Сейчас – везде с мамой, все зациклены на хоккее

— Ты говорил, что гусиный шаг – не лучшее упражнение для детей. Расшифруй.

— У нас с тобой не было телефонов, из которых мы сейчас не вылезаем. Мы проводили свое детство на улице — бегали, играли в футбол, в казаки-разбойники. Это все было в движении. Наши суставы были готовы к нагрузкам. Когда нам давали гусиный шаг, тяжело было 3-4 детям — им эта нагрузка была не нужна, ее можно было заменить.

Остальные в возрасте 8-10 лет переносили ее спокойно. Сейчас дети везде с мамой. Они не знают, что есть футбол, бокс, гимнастика. Все зациклены на хоккее: нужно 3-4 тренировки на льду, плюс прийти к тренеру на ОФП, плюс 3 тренировки на броски. Прибавить школу — и времени не остается ни на что.

Мы пришли к тому, что дети – не игровики, а роботы-хоккеисты.

Советы Виталия Айнетдинова — тренера сборной по хоккею (U18)

Сейчас колено нельзя перегружать. У ребенка в 8 лет связка как спичка. Гусиный шаг, прыжки из приседа — это нагрузка в разы больше, чем им надо. В 12 лет связка будет с мизинчик и будет готова к гусиному шагу. А его дали в 7-8 лет. Появляются проблемы — к 12 годам у нас многие с больными коленями. А это уже конец карьеры.

— В чем тут проблема?

— Нет объединенной системы. В Финляндии, Канаде и США при клубах работают сертифицированные тренеры. Если ты выбрал направление ОФП в хоккее — проходишь тесты, заканчиваешь курсы.

Нам нужна школа аттестации тренеров по ОФП. Которые должны закрепляться за клубами и допускаться к работе с детьми. Пока этого не будет, не будет вообще никакого ОФП.

И мы будем получать сырых игроков на подходе ко всем сборным. 

— Ты про Подколзина сказал, что были проблемы в зале. Сколько еще парней не были готовы к правильной физической работе?

— Я думаю, 50%. И это игроки МХЛ, которые были слабы физически или наоборот, перекачаны. Или здорово накачанный, но с проблемами, или совсем слабенький. Середины нет. Здорово выглядели ребята, которые играли за океаном. 

— Что там делают лучше?

— Мне наши игроки рассказывали, что там система. Подходит тренер, раздает планы — и ты работаешь будто бы индивидуально, в мини-группах. План — на месяц-два. Если тебе чего-то не хватает, подходишь к тренеру, он тебе допишет, что нужно. 

С финнами я много общался. В их сборной методика на целый сезон, очень силовая. Они постоянно тестировались и выполняли силовые упражнения: нашагивания, сшагивания, лестницы, партнеров таскали – на протяжении всех турниров.

И места занимали не выше 4-5. Прилетели тем же составом в Челябинск на ЮЧМ-2018 – и не проиграли ни одной игры. В январе-2019 из этой юниорской сборной на МЧМ не приехал только Котканиеми – и в финале они обыграли американцев.

Советы Виталия Айнетдинова — тренера сборной по хоккею (U18)

Я видел как работает академия USNTDP. У них совсем другие тренировки – они намного современнее нас. Мы до сих пор машинах с механической коробкой, а они гоняют на Tesla. Даже Швейцария уже по-другому работает. 

— Если округлить, сколько талантливых парней не доходит до профессионального уровня из-за проблем с ОФП?

— В 12 лет, грубо говоря, 30% детей травмированы, а у 20% отбито желание играть в хоккей. Причем травмированные — это, скорее всего, лучшие, те, кто давал результат тренерам по своему возрасту. На их место в крутых школах придут приезжие или те, кто отсиделся в 3-4 звене.  

Мне показывают видео школы ЦСКА — а они там все перебинтованные. В 14 лет это смешно. Конечно, у нас есть Подколзин, найдется еще 1-2 таких. А остальных хороших мы уже загубили давно.

Может, вы замечали, что у хоккеистов очень большие задницы. Все из-за посадки

Вы знаете, что Крикунов – веселый мужик, который мучает игроков баллонами. Мы узнали у него, как это работает

«К 12 годам у детей больные колени. А это уже конец карьеры». Тренер по физподготовке — о проблемах хоккея в России

Советы Виталия Айнетдинова — тренера сборной по хоккею (U18)

Чтобы вам было проще вкатиться в этот текст — короткая личная история.

Когда я только переехал в Москву, планы по поводу работы перечеркнула неприятная травма. Я периодически гонял в футбол с технарями Sports.ru и в одну из футбольных пятниц, исполняя финт, вывернул колено. Оно негромко, но довольно четко щелкнуло, будто там что-то надломилось.

После резкого выпрямления внутри будто что-то встало на место — и я побежал дальше. В ближайшие три дня щелкало еще два раза, уже совсем в безобидных ситуациях — и на третий раз выпрямление не помогло. Снимок показал порванный мениск. Неделя без движения, операция, восстановление.

В какой-то момент хирург задался вопросом — в чем причина? Для меня было очевидно: форс-мажор, травма во время футбола, с кем не бывает. Он парировал — нет, просто так мениски не рвутся, наверняка внутри уже была какая-то проблема.

Через три года я искал спецов, которые объяснили бы мне, почему у хоккеистов большие бедра и ягодицы.

Задавая разговору объем, я упоминал Дэйва Кинга, который в книге про работу в Магнитке восхищался тем, как много русские дети на тренировках ходят гуськом и прокачивают четырехглавые мышцы, которые защищают от растяжений паха.  

От этого примера собеседников слегка подбрасывало: «Никакой ходьбы гуськом, у колена отрицательный угол, оно очень быстро изнашивается, это жесть». В этот момент мне стало жутковато: дело в том, что ходьба гуськом — то упражнение, с которым у меня ассоциируется хоккейное детство.

Осенью в ожидании льда мы начинали подготовку ходьбой на корточках — с непривычки мыщцы ягодиц и бедер болели так, что трудно было встать.

Я не утверждаю, что есть прямая связь между ходьбой гуськом в 10-летнем возрасте и операцией на колене в тридцать, но уверен: мои тогдашние тренеры и тренеры, за работой которых наблюдал Дэйв Кинг, понятия не имели о возможных последствиях интенсивной ходьбы гуськом.

50-минутный телефонный разговор с одним из специалистов, на которых я вышел, Виталием Айнетдиновым, убедил меня, что в базовой подготовке молодых игроков до сих пор много невскрытых проблем — и что до сих пор молодым пацанам дают упражнения, которые приносят отложенный вред. По словам Виталия, на каждом этапе подготовки Россия теряет 30% поколения — из-за травм, обусловленных неправильной ОФП. Мне показалось это чрезвычайно важным, поэтому я предложил Виталию встретиться лично и поговорить об этом подробнее.

Советы Виталия Айнетдинова — тренера сборной по хоккею (U18)

Почему именно он наш герой: 

• Летом 2019-го «Нэшвилл» выбрал на драфте русского игрока. Егор Афанасьев – топовый юниор и один из первых клиентов Айнетдинова, они общаются до сих пор.

• Виталий провел сезон тренером по ОФП в юниорской сборной России – той самой, которая проиграла в четвертьфинале домашнего чемпионата мира в апреле 2018-го. В ней должны были сыграть, но не сыграли Андрей Свечников, Григорий Денисенко и Александр Хованов – молодые звезды нашего хоккея; по ходу сезона Виталий поработал и с ними. Кроме того, в этой команде играл Павел Ротенберг. 

  • • Работая в сборной, Виталий увидел опыт других сборных, заценил финские и североамериканские методики: ему есть с чем сравнивать. 
  • • Он сам воспитывался в ЦСКА, играл в Высшей лиге и прекрасно понимает, что такое хоккей.
  • Возможно, не все его идеи — сверхправда, но, по-моему, это очень важное расширение темы проблем в нашем хоккее.

Первый клиент из хоккея – 9-летний Егор Афанасьев. Неправильно выполнял упражнения, все было искривлено

— Ты закончил с хоккеем после 24 и пошел работать тренером в фитнес-клуб. Самые раздражающие ошибки новичков в фитнесе? 

— Там другое. Я работал на тренажерах, ездил на семинары, изучал физиологию, анатомию и через год-два разработал свою методику. Начал работать на резиновых эспандерах, на небольших весах. Карты продавались, я проводил много тренировок, но при этом мало задействовал тренажеры.

Клиенты ко мне шли: я старался третьей-пятой тренировкой дать тот результат, о котором просил клиент. Подходило начальство: «Виталь, мы понимаем, что ты продаешь карты, молодец. Но нам не нравится, что ты мало задействуешь наш зал.

Эти тренажеры не должны стоять просто так, ты должен на них работать». 

Я говорю — это неправильно. Мне говорят — какая разница, правильно или неправильно. Мы это купили, оно постоянно должно быть в работе. А правильно или неправильно – мы здесь решаем.  

— Как начали работать с Егором Афанасьевым? 

— Я ушел в дорогой фитнес в центре Москвы возле Храма Христа Спасителя. И там познакомился с человеком, который открыл Академию бокса в Лужниках. Он мне сказал: «Видел разных тренеров, никогда не видел такой работы, как у тебя».

Где-то с год проработал в академии. Ко мне подходит директор: «Ты же хоккеем занимался? Мальчишка с родителями пришел, я им сказал, что у нас есть тренер по ОФП, он раньше играл в хоккей. Они заинтересовались, хотят пообщаться». Егору тогда было 8 или 9 лет. 

Советы Виталия Айнетдинова — тренера сборной по хоккею (U18)

— О чем был разговор на первой встрече?

Читайте также:  Почему кружиться голова когда качаешь пресс

— Я покрутил его, растяжку посмотрел. В принципе — по физподготовке средний был игрок. Средняя растяжка, неправильно сделал почти все упражнения, что присед был неправильный, что бег. Коленные суставы работали не так, как в принципе у хоккеиста должны. Все было искривлено.

Начал учить его хоккейному шагу, чуть-чуть подкачивать руки, суставы. Прорабатывать связки — на резиновых эспандерах, с небольшими гантелями. Никаких отягчающих весов.

Нужно было заложить координацию и развить суставы — потому что в «Динамо» его уже заставляли силовые упражнения делать. 

По Егору у меня целый талмуд с результатами с 9 лет. Всегда могу посмотреть – [как работал] человек, который достиг определенной цели.

— Что удалось развить лучше всего?

— Вообще поменялась структура его игры, смысл нахождения на льду. Он стал чувствовать себя увереннее. 

— И до какого момента ты с ним занимался?

— 2-3 года мы вообще плотно работали, а потом я переехал в Серпухов. Он приезжал лет в 14 — закладывали ему силовую базу: как правильно работать на тренажерах, какими растяжками пользоваться, когда надо плавать. Плюс — общались с диетологом. А в 16 лет, став лучшим в детском ЦСКА, он уехал в Америку.

Советы Виталия Айнетдинова — тренера сборной по хоккею (U18)

— Ты говорил с ним и по хоккейной части — почему он уехал?

— Он был в ЦСКА с 14 лет. Они взяли 1-е место на Кубке Москвы, выиграли регионы (детское первенство между сборными федеральных округов — Sports.ru), и он стал лучшим по статистике среди всех игроков 2001 года. 

Его отец пришел к тренеру: «Егор вырос в мастерстве, забивает много, он хочет поиграть чуть-чуть на другом уровне, со старшими ребятами. Дайте ему возможность поиграть в «Красной армии». Ему сказали: «Давайте начнем сезон, там посмотрим».

Родители Егора поняли, что его так и не возьмут в «Красную армию». Собрали вещи и поехали в США. Причем сделали акцент на школу — Галина, его мама, рассказывала, как Егор боится получить плохую оценку: могут снять с тренировки в хоккее. 

Он добился успеха – когда Свечников перешел в «Барри Колтс» (юниорская лига Онтарио в Канаде) из «Маскегона» (юниорская лига США), его в «Маскегоне» заменил Афанасьев.

Год в юниорской сборной: Ротенберг ленился, у Свечникова были проблемы с координацией

— Как ты оказался в юниорской сборной?

— К тому моменту через меня прошло много профессиональных хоккеистов, я начал выкладывать тренировки на видео. Мне позвонил главный тренер сборной Александр Зыбин. Он знал, как я веду тренировки, знал, что я умею выстраивать тренировочные процессы для команд и игроков.

— Расскажи об этом.

— Было не по себе: все-таки лучшие ребята России. Второй момент — их было 50 человек. Делили на два состава, мне приходилось одному работать или в зале, или на улице. Остальные тренеры параллельно были на льду. 

Работу делил на циклы. Цикл — это неделя или несколько дней. Сначала — втягивающий. Потом предыгровой — в последние 10 дней перед турниром нагрузки уже должны спадать. Или надо выбрать другое направление: не со штангой прыгать, а работать на велосипедах. Ближе к играм — скоростные тренировки, на которых я старался ребят разгонять. 

В сборной была планерка в 10 вечера. Уже хочется спать, но ты приходишь на отчет к главному тренеру и рассказываешь, что будет завтра: какие упражнения входят в зарядку, что входит в дневную тренировку и что — в вечернюю. Тренер спрашивает: «А зачем это упражнение?». И ты должен обосновать — точно ли это подходит нашим игрокам.

Зыбин меня приучил работать с тетрадью — теперь по сборной, как и по Афанасьеву, у меня есть огромный талмуд.  

Потом через начальника команды я сделал карточки на каждого игрока. Ко мне подходили: не хватает скорости, забились ноги, повредил плечо, как бы лучше восстановиться. Я отчитывался врачам и тренеру — без этого нельзя — и вел карточки. И теперь на этих пацанов, которые играют и в Канаде, и в КХЛ, у меня есть карточки. 

Помню Никита Охотюк приехал из Канады — а у меня записано, что у него такие проблемы. Спрашиваю: «Никит, как дела по этим нюансам»? Он рассказывает, что делал с канадскими тренерами. Я говорю: «Молодец, давай тебя протестируем». Я же не знаю канадского тренера, поэтому проверял. 

— Сколько времени ты провел в сборной U18? 

— Целый сезон. Вот с июля-2017, как мы приняли команду, весь сезон работали. Я даже этапы помню – летний сбор, Глинка, за 10 дней до выезда в Чехию, потом Кубок Вызова, турнир на приз Пяти наций, чемпионат мира. 

— Давай коротко по звездам той команды. 

— Со Свечниковым я познакомился на Пяти нациях в американском Плимуте. Он приехал из молодежки на последний этап отбора перед ЮЧМ в Челябинске. К нему было приковано все внимание — американцы, скауты. Зыбин мне сказал: «Будешь проводить тренировки на земле, сделай акцент на Свечникове. Посмотри, потестируй его, мне нужно понимать, какой он». 

Советы Виталия Айнетдинова — тренера сборной по хоккею (U18)

Физически он сложен великолепно. Скоростной, силовой, на льду колоритно выглядел. Покрутил его на разных упражнениях — пришел к выводу, что не хватает ему координации. Чуть-чуть запаздывала смена направления.  

Я занимался с боксерами и хорошо знаю, что такое координация — тренерам сказал, что все у парня есть, но именно ее не хватает. Юрий Бабенко заулыбался: «Это игрок мировой величины, у него все нормально».

— Надо объяснить, что ты имеешь в виду. Допустим, есть Панарин, который очень резко может уйти в сторону. Свечников в этом хуже?

— Да, Панарин заранее знает, куда уйдет. А Андрей более прямолинейный игрок. Он может руками обыграть, корпусом заложить, но ему не хватало там, где надо сыграть коньками. Показать влево, уйти вправо. У него эти моменты были приторможены.

С Подколзиным мы много работали. Он толком не знал ни одного упражнения, даже как правильно в зале со штангой работать. Бег на земле у него был не особо скоростной.

— Поправили это?

— Где-то нагрузку уменьшали. Остальные должны были поднять штангу по 12-14 раз, а ему давали 8. 

— Ты сказал, что у Свечникова проблемы с координацией. Вот у Денисенко их не было, наверное?

— С Денисенко я провел весь сезон: он играл в МХЛ и был доступен для сборной. Уже при подготовке к Глинке, я обратил внимание, что ему все легко давалось. Он крепкий, настырный – и игровик. В зале все делал легко. Пластичность плюс физика — в чем-то даже обходил Свечникова. 

— В этой сборной играл Павел Ротенберг.

— С ним я тоже провел весь сезон. Меня в сборной предупредили: к нему надо найти подход,  специфический парень, которому не всегда хочется делать то, что говорят тренеры. Но мы с ним нашли общий язык. Какие-то моменты подтягивали — надо было поправить катание, выносливость. Физически он был неплох. Самая большая нехватка – лень. Если бы не ленился, был бы приличным игроком.  

Советы Виталия Айнетдинова — тренера сборной по хоккею (U18)

— Ты это видел сам? То есть – даешь упражнение, а он не выполняет?

— Ну да, он не выкладывался даже на 80%. Кто-то выкладывался на сто, чтобы остаться — видно горящие глаза. А он мог выложиться и на 50% — его это устраивало. Я знаю, что он может 15-16 раз сделать, а он сделает 10. В этом с ним было тяжело.

— На кого посмотрел из соперников? По юниорам финны здорово сыграли.

— Там Котканиеми выделялся. Меня поражало, что он как будто кроме хоккея ходил в секцию балета. Всегда стоял в наушниках и, будто у него там классика играет, он тянет ноги у станка. Вот человеку выбрали индивидуальную схему подготовки, совместили с общей.

Раньше дети много бегали, играли в футбол, и потому готовы к нагрузкам на суставы. Сейчас – везде с мамой, все зациклены на хоккее

— Ты говорил, что гусиный шаг – не лучшее упражнение для детей. Расшифруй.

— У нас с тобой не было телефонов, из которых мы сейчас не вылезаем. Мы проводили свое детство на улице — бегали, играли в футбол, в казаки-разбойники. Это все было в движении. Наши суставы были готовы к нагрузкам. Когда нам давали гусиный шаг, тяжело было 3-4 детям — им эта нагрузка была не нужна, ее можно было заменить.

Остальные в возрасте 8-10 лет переносили ее спокойно. Сейчас дети везде с мамой. Они не знают, что есть футбол, бокс, гимнастика. Все зациклены на хоккее: нужно 3-4 тренировки на льду, плюс прийти к тренеру на ОФП, плюс 3 тренировки на броски. Прибавить школу — и времени не остается ни на что.

Мы пришли к тому, что дети – не игровики, а роботы-хоккеисты. 

Советы Виталия Айнетдинова — тренера сборной по хоккею (U18)

Сейчас колено нельзя перегружать. У ребенка в 8 лет связка как спичка. Гусиный шаг, прыжки из приседа — это нагрузка в разы больше, чем им надо. В 12 лет связка будет с мизинчик и будет готова к гусиному шагу. А его дали в 7-8 лет. Появляются проблемы — к 12 годам у нас многие с больными коленями. А это уже конец карьеры.

— В чем тут проблема?

— Нет объединенной системы. В Финляндии, Канаде и США при клубах работают сертифицированные тренеры. Если ты выбрал направление ОФП в хоккее — проходишь тесты, заканчиваешь курсы.

Нам нужна школа аттестации тренеров по ОФП. Которые должны закрепляться за клубами и допускаться к работе с детьми. Пока этого не будет, не будет вообще никакого ОФП.

И мы будем получать сырых игроков на подходе ко всем сборным.  

— Ты про Подколзина сказал, что были проблемы в зале. Сколько еще парней не были готовы к правильной физической работе?

— Я думаю, 50%. И это игроки МХЛ, которые были слабы физически или наоборот, перекачаны. Или здорово накачанный, но с проблемами, или совсем слабенький. Середины нет. Здорово выглядели ребята, которые играли за океаном. 

— Что там делают лучше? 

— Мне наши игроки рассказывали, что там система. Подходит тренер, раздает планы — и ты работаешь будто бы индивидуально, в мини-группах. План — на месяц-два. Если тебе чего-то не хватает, подходишь к тренеру, он тебе допишет, что нужно.  

С финнами я много общался. В их сборной методика на целый сезон, очень силовая. Они постоянно тестировались и выполняли силовые упражнения: нашагивания, сшагивания, лестницы, партнеров таскали – на протяжении всех турниров.

И места занимали не выше 4-5. Прилетели тем же составом в Челябинск на ЮЧМ-2018 – и не проиграли ни одной игры. В январе-2019 из этой юниорской сборной на МЧМ не приехал только Котканиеми – и в финале они обыграли американцев.

Советы Виталия Айнетдинова — тренера сборной по хоккею (U18)

Я видел как работает академия USNTDP. У них совсем другие тренировки – они намного современнее нас. Мы до сих пор машинах с механической коробкой, а они гоняют на Tesla. Даже Швейцария уже по-другому работает. 

— Если округлить, сколько талантливых парней не доходит до профессионального уровня из-за проблем с ОФП?

— В 12 лет, грубо говоря, 30% детей травмированы, а у 20% отбито желание играть в хоккей. Причем травмированные — это, скорее всего, лучшие, те, кто давал результат тренерам по своему возрасту. На их место в крутых школах придут приезжие или те, кто отсиделся в 3-4 звене.  

Мне показывают видео школы ЦСКА — а они там все перебинтованные. В 14 лет это смешно. Конечно, у нас есть Подколзин, найдется еще 1-2 таких. А остальных хороших мы уже загубили давно.

Может, вы замечали, что у хоккеистов очень большие задницы. Все из-за посадки

Вы знаете, что Крикунов – веселый мужик, который мучает игроков баллонами. Мы узнали у него, как это работает

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *